-- Так она же все спланировала с самого начала! Чистая лиса! И что один ребенок уже в доме есть, и пеленок полно; и что гадость такую лучше проделывать в доме попрестижней...
Юкио Мисима (Yukio Mishima)
«Рассказы»
Одни из них расположены в верхнем, другие в среднем, а третьи в нижнем уровнеящика...
Милорад Павич (Milorad Pavic)
«Ящик для письменных принадлежностей»
Шакал, обреченный на прозябание в зарослях сорной травы среди развалин Вавилона, представляется нам наглядным примером отщепенца, изгнанного отовсюду; но..
Герман Мелвилл (Herman Melville)
«Энкантадас или очарованные острова»
Смотрите также:
Вы читаете «Завещание Луция Эврина», страница 1 (прочитано 0%)
«Юноша из морских глубин», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Пер. с нем. - Е.Михелевич.
Я, Луций Эврин, завещаю после моей смерти передать прилагаемые к сему и
скрепленные моей печатью бумаги, не вскрывая их, Эмилию Папиниану, моему
высокочтимому коллеге, судье и сенатору.
Любое лицо, которое, вопреки этому завещанию, сломает печать,
унаследованную мной от предков, нарушит закон о неразглашении секретных
сведений, за что и понесет соответствующее наказание. А поскольку оно тем
самым нарушит и последнюю волю усопшего, то навлечет на себя также и
божественную кару.
Все права на эти записки принадлежат Эмилию Папиниану. Ознакомившись с
ними, он может по своему усмотрению либо уничтожить их, как носящие сугубо
личный характер, либо же - если сочтет их представляющими общий интерес и
важными в первую очередь для будущего руководства ведомством, вверенным
мне императором, - обсудить с высшими сановниками содержащиеся в них
соображения, которые я, правда, по личным мотивам, вынужден был изложить.
Сам я не решаюсь судить об этом, поскольку руководствовался именно личными
мотивами.
Необходимо заранее продумать все последствия, дабы обнародованием
записок не ослабить стойкость тех, кто противоборствует бунтарским
тенденциям, а также не причинить неприятностей моей семье. Никому не дано
права, принимая решение, касающееся его лично, отягчать жизнь другим.
Если Эмилий Папиниан сочтет, что вредные последствия возможны, я
настоятельно прошу его уничтожить эти бумаги как мои личные воспоминания и
хранить прочитанное в тайне. Само собой разумеется, что я в свою очередь
позабочусь о том, чтобы моя смерть была воспринята как естественная.
В заключение мне остается лишь пояснить, почему я доверяю исполнение
своей воли не другу, а одному из коллег. Я делаю это не потому, что
проблема, с коей я столкнулся как частное лицо, затрагивает мои служебные
обязанности; для такого конфликта легко нашлось бы компромиссное решение.
А потому, что человек, попав в подобное положение, внезапно осознает, что
у него нет друзей или что те, кого он привык именовать друзьями, даже не
смогут понять, о чем идет речь.
Я избираю своим судьей Эмилия Папиниана по той причине, что высоко ценю
его как объективного юриста и отношусь с доверием к логике его мышления,
чуждой всяких эмоций. Не в последнюю очередь также и потому, что отдаю
должное его умению хранить молчание и быть терпимым к человеческим
слабостям.
Однажды вечером - тому уж несколько недель - моя жена сообщила мне
после ужина, что приняла христианскую веру. Упомянула она об этом чуть ли
не вскользь, когда мы с ней уже вставали из-за стола. Она явно опасалась
задеть меня своим сообщением и ожидала непосредственной реакции с моей
стороны. Что она не шутит, я, конечно, понял сразу, да и не в ее духе так
шутить.
Страницы: (36) : 123456789101112131415 ... >>
Тем временем:
... В нашем же мире праздность обернулась бездельем, а это
совсем разные вещи: бездельник подавлен, он томится от скуки, изматывает
себя постоянными поисками движения, которого ему так не хватает.
Гляжу в ретровизор: все та же машина, что никак не может меня обогнать
из-за встречного потока транспорта. Рядом с водителем сидит женщина: почему
бы ему не позабавить ее болтовней, не положить ей руку на колено? Вместо
этого он проклинает меня - я, видите ли, плетусь как черепаха, - а женщина
уж тем более не думает погладить его по плечу, она мысленно ведет машину
вместе с ним и тоже клянет меня последними словами.
И тут я вспоминаю о другой поездке из Парижа в пригородный замок, той
поездке, что состоялась две с лишним сотни лет назад, а участвовали в ней
госпожа де Т. и сопровождавший ее молодой кавалер. Они в первый раз
оказались так близко, и невыразимая атмосфера чувственности, окружавшая их,
рождалась как раз неспешностью езды: покачиваясь в такт движению кареты, их
тела стали соприкасаться, сперва безотчетно, потом намеренно, а там начала
завязываться их история.
2
Вот что рассказывается о ней в новелле Вивана Денона: некий
двадцатилетний дворянин как-то вечером оказался в театре. (Ни имя, ни титул
не упомянуты, но воображаю его дворянином.) В соседней ложе он видит даму
(новелла называет только первую букву ее фамилии: мадам де Т.); это
приятельница Графини, чьим любовником являетс молодой человек. Она просит
проводить ее после спектакля. Удивленный решительным поведением госпожи де
Т. и сбитый с толку тем обстоятельством, что он знаком с ее фаворитом, неким
Маркизом (его имени мы тоже не узнаем; мы погрузились в мир тайн, где имена
неуместны), молодой дворянин, ничего не понимая, оказывается в карете рядом
с прелестной дамой.
В завершение милой и приятной поездки экипаж останавливается у подъезда
замка, где их встречает мрачный супруг госпожи де Т. Они ужинают втроем в
молчаливой и зловещей обстановке, затем муж извиняется и оставляет их одних...
ресурс http://www.nossak.ru/
