Приходите завтра. Я явился на следующий день. Это было двадцать два года назад, и мне только что исполнилось двадцать лет...
Джозеф Конрад (Joseph Conrad)
«Юность»
что столь неожиданную отмену должности члена совестного суда по новой конституции считаю, черт возьми, мерой преждевременной: ведь я рассчитывал пожизненно полу..
Герман Мелвилл (Herman Melville)
«Писец Бартлби»
en Protesten, sondern zu wahren Aufstunden trieb, wurde er endlich geschlossen und aufgelassen, wurden die Million..
Патрик Зюскинд (Patrik Suskind)
«Das Parfum»
Смотрите также:
Вы читаете «Кассандра», страница 18 (прочитано 100%)
«Дело д'Артеза», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Завещание Луция Эврина», закладка на странице 10 (прочитано 26%)
- А на следующее утро? - спросил я.
- Да, мне, стало быть, ведено было его разбудить. Незадолго до того,
как солнце поднялось из морских волн, я вошел в палатку. Но тут я вдруг
растерялся. Обычно я просто подходил к его ложу, и чаще всего глаза его
уже бывали открыты. А тут я все медлил... Ты понимаешь. Но она, как видно,
услыхала мои шаги или увидела мою тень на полотнище палатки. Она не спала
и сразу вышла мне навстречу. "Уже пора?" - спросила она, и я кивнул.
"Хорошо, - сказала она, - я его разбужу".
А потом уже у меня не было времени следить за ними. Дел было по горло:
снимать палатки, укладывать, грузить на корабли и все такое. Лишь после
отплытия, уже на корабле, я перевел дух...
А я об этом и отца спросил. Не в тот вечер, когда он нам все
рассказывал, а на другой день. Матери тогда не было. Мы сидели в оружейной
комнате и осматривали доспехи. Я спросил его, видел ли он Агамемнона еще
раз до отплытия.
- Конечно, - ответил отец; - Мы же попрощались.
- А Кассандра?
- Кассандра стояла за его спиной как тень.
- А потом?
- Я кивнул ей. Потом Агамемнон пошел по сходням на корабль, а Кассандра
за ним, ступая точно след в след. Вот и все. Старые соратники не очень-то
чувствительны. Или, во всяком случае, делают вид, что они не таковы.
Но я не мог поверить, что это все, и отец, как видно, это заметил.
Спустя некоторое время мы подошли к окну и посмотрели вниз на Итаку, на
гавань, на корабли и на голубое море. Совсем близко от нас с резким криком
прочертила воздух чайка: решила, что мы собираемся ее покормить.
- Вот сидят теперь, - снова начал отец, - эта умильная, почтенная пара,
Менелай и Елена, в Спарте, и с таким же успехом можно было бы не вести
вообще никакой войны. Если вдуматься, что-то тут не так. Не спорю - такие
люди тоже должны быть. Но подлинным завершением странной этой войны была
все-таки та, другая пара.
О том, что ему самому понадобились долгие годы, чтобы вернуться на
родину - нищим, без солдат, - что и после этого не улеглась в нем тревога,
разбуженная войной, и снова потом погнала его по свету, - об этом отец не
сказал.
Страницы: (18) : << ... 101112131415161718
Тем временем:
...
В двадцатые годы, закончив свою заурядную школу и войдя своей тяжелой
поступью в сумрачные стены такого же заурядного оксфордского колледжа, он
мечтал добиться стипендии, чтобы посвятить себя изучению малоизвестных
немецких поэтов семнадцатого века. Но наставник, хорошо знавший Смайли, с
присущей ему мудростью оградил его от славы, которая, вне всякого сомнения,
его ожидала. Одним прекрасным июльским утром 1928 года Смайли, краснея и
теряясь, предстал перед Высшим советом центра научных исследований в
заморских странах- организации, о которой он почему-то никогда не слыхал.
Джебеде, его наставник, говорил об этой встрече в удивительно туманных
выражениях. "Почему бы тебе не попробовать, Смайли? Эти люди, может быть,
тебя примут, и к тому же они достаточно мало платят, так что можешь быть
уверен, что твои сотрудники окажутся приятными людьми". Но Смайли колебался
и не скрывал этого. Его беспокоило, что всегда точный Джебеде в этот раз был
таким уклончивым. Без особого желания он согласился встретиться с
"таинственными людьми" Джебеде, перед тем как дать ответ колледжу Олл Соулз.
Его не представили членам совета, но половину их он знал в лицо. Там
был Филдинг из Кембриджа, признанный авторитет в истории средних веков
Франции, Спарк из школы восточных языков и Стид-Эспри, ужинавший за
преподавательским столом в тот вечер, когда Дж ебеде пригласил Смайли. Он
должен был признать, что был поражен. Тот факт,- что Филдинг покинул свой
дом, не говоря уже о Кембридже, был сам по себе чудом.
Впоследствии Смайли всегда вспоминал об этой встрече как о своеобразной
тайне за семью печатями: это была продуманная цепь откровений, каждое из
которых освещало новую часть загадочного целого. Наконец Стид-Эспри,
который, по-видимому, был председателем совета, раскрыл все карты, и истина
предстала во всей своей ослепительной наготе. Ему предлагали место в
учреждении, которое Стид-Эспри, не найдя лучшего слова, назвал, краснея,
секретной службой...
ресурс http://www.nossak.ru/
