Его одежда еще не вполне соответствует требованиям столицы; и все же, когда он проходит вот так, не спеша, молодой, стройный, статный с..
Лион Фейхтвангер (Lion Feuchtwanger)
«Иудейская война»
Кости обтянуты кожей, и вся она подобна этой бесплодной земле, которая была такой с незапамятных времен. -- Сегодня ты выглядишь как никогда, -- сказал он ей...
Габриель Гарсия Маркес (Gabriel Garcia Marquez)
«Море, где исчезали времена»
Про беленькую козочку, которая стоит под колыбелью у мальчика. Про беленькую козочку, которая пойдет на ярмарку и принесет оттуда мальчику гостинцы: изюм и миндаль...
Эфраим Севела (Efraim Sevela)
«Киносценарий. Земля жаждет чуда»
Смотрите также:
Вы читаете «Юноша из морских глубин», страница 2 (прочитано 9%)
«Дело д'Артеза», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Завещание Луция Эврина», закладка на странице 10 (прочитано 26%)
«Кассандра», закладка на странице 10 (прочитано 53%)
«Клонц», закладка на странице 10 (прочитано 53%)
«Спираль», закладка на странице 10 (прочитано 5%)
Однако имя Ханна уже приобрело для нас известное
звучание, и, услыхав его, читатель подумает: "Ага, так вот что он имеет в
виду!" Или же: "Вот, значит, как ее следует себе представлять!" Но Ханна,
о которой пойдет речь, совсем не белокура, у нее темные шелковистые волосы
при короткой стрижке. И лицо не румяное, а бледное и узкое, да и фигурка у
нее щуплая и хрупкая. Проще сказать: худышка. Большой беды я в том не
вижу: ведь уже восемь лет, как мы ходим голодные. Будь я французом, я,
пожалуй, назвал бы ее Сюзеттой. Но давайте уж держаться Ханны - и правды.
Как-то в июле в девятом часу вечера Ханна вошла в море, чтобы
искупаться, и вдруг почувствовала, будто что-то под водой тянет ее назад:
слабое, но явственное прикосновение повыше левого колена. Ей даже пришло в
голову, что она запуталась в водорослях.
День-то, надо сказать, был жаркий, а сейчас, вечером, море, как
зеркало, не шелохнется. Над водой стелется фиолетовая марь, постепенно
сгущающаяся к горизонту. До соседней косы, кажется, рукой подать. Стоящая
там рыбачья избушка призрачно белеет в темноте - и это при полном
отсутствии какого-либо источника света.
Так вот, только к вечеру добралась Ханна до места. Дорога измотала ее,
да и немудрено при нынешнем неудобном железнодорожном сообщении. Последний
отрезок пути, где прежде ходил автобус, пришлось ей проделать пешком: по
такой жаре да с чемоданом - сомнительное удовольствие. Поговорив в деревне
с немногими уцелевшими за войну рыбаками, она заручилась ключом к одному
из крошечных дачных домиков, куда горожане обычно приезжали, чтобы
провести у моря субботу и воскресенье. Домики стояли на высоком берегу,
Ханна как-то уже бывала здесь и решила опять рискнуть.
Домик изрядно обчистили, да Ханна ничего другого и не ждала. Наведя
кое-какой уют и решив этим в крайности обойтись, она без сил опустилась на
стул в кухоньке-столовой. "Напишу-ка я письмо", - подумала она. Но
вспомнила, что еще не повидала море. Встала, вынула из чемодана купальные
принадлежности и спустилась на пляж, совершенно пустынный в этот поздний
час.
Немного поразмыслив, она разделась, натянула купальник и, осмотрительно
ступая, вошла в море. Вода у берега была ей по щиколотку, и Ханна
почувствовала приятную свежесть. Но подождала пускаться вплавь, а шаг за
шагом двигалась вперед, осторожно, словно боясь оставить на дне свои
следы. Вскоре вода дошла ей до бедер, но тут дорогу преградила песчаная
отмель, которая и вовсе подняла Ханну из воды. Дальше дно опять стало
понижаться. Вода уже омывала ей плечи, и Ханна подумала: вот теперь
поплаваю. И тут-то оно и случилось.
Пожалуй, я неточно выразился, сказав, что, по ощущению Ханны, что-то в
воде потянуло ее назад. Вернее, кто-то ухватился за ее колено.
Пощупав колено, Ханна решила, что в него вцепилась чья-то маленькая
легкая ручка, пожалуй даже детская.
Страницы: (12) : 123456789101112
Тем временем:
... Первая относится к «Нелестным рассказам» Леона Блуа и повествует о людях, которые окружают себя всевозможными глобусами, атласами, железнодорожными справочниками и чемоданами, но умирают, ни разу не покинув даже своего родного города. Вторая называется «Каркассон» и принадлежит перу лорда Дунсани. Непобедимая армия воинов покидает бесконечный замок, покоряет царства, встречает на своем пути чудовищ и преодолевает горы и пустыни, но ни разу им не удается попасть в Каркассон, лишь однажды они видят его издали. (Эта история, как легко можно заметить, строго противоположна предыдущей – в первой, город никогда не покидается, во второй, в него никогда не удается попасть). Если я не ошибаюсь, перечисленные мною разнородные отрывки напоминают Кафку, если я не ошибаюсь, не все они напоминают друг друга. В каждом из этих текстов, в той или иной степени, присутствуют характерные особенности Кафки, но если бы Кафка никогда не написал бы ни строчки, мы не восприняли бы этого их качества, иными словами, его бы не существовало. Броунинг предвещает Кафку, но наше прочтение Броунинга преломляется благодаря прочтению Кафки. Сам Броунинг прочитывал это иначе. Слово «предшественник» незаменимо для словаря критика, но его необходимо освободить от коннотаций полемики или соперничества. Дело в том, что каждый писатель создает своих предшественников. Произведения его изменяют наше понимание прошлого, как изменяют и будущее ...
ресурс http://www.nossak.ru/
